Черт, мне написали драббл *____* Не считая анонимных фестов, это первый раз, когда мне что-то написали... Я счастлива
Неделя борьбы с незавершёнкой, день четвёртыйКомандные конкурсы воспитывают целеустремлённость и смиряют гордыню. Командные конкурсы воспитывают целеустремлённость и смиряют гордыню. Командные кон...
Колин, марш в колодки! А то прямо здесь по башке получишь! (с)
И ещё я хочу спать (а меня заставили срочно бежать и гладить рубашку), не знаю английского, русского тоже не знаю, страшных лингвистических терминов нам на бухучёте не разъясняли, хотя и по бухне у меня твёрдое два, и что самое страшное - это никого и никогда не оправдывало.
Так что из носовых, кормовых и бортовых. Залп!
Сегдоняшний драббл будет для ~Кари~, слова - предатель, огонь, спрятать.
драббл
Артур молча сидел в углу пещеры. Он сидел там, когда Мерлин отправлялся на разведку, сидел, когда запыхавшийся слуга вернулся с плохими вестями. Кажется, он не переменил позы с тех пор, как маленький отряд укрылся здесь. Теперь принц узнал, кто предатель, кто виновник многих бед Камелота, и это знание подкосило его, даже больше, чем осознание безнадёжности сражения с бессмертной армией.
Мерлину хотелось обнять Артура, прижаться, зарыться носом в светлые волосы, отогреть теплом своего тела. Но вокруг было слишком много лишних глаз: рыцари, которым знать не стоило, Гвен, которая и понятия не имела, Гаюс, которому самой малости не хватало, чтобы подозрения оформились в уверенность. Магу хотелось вывести принца из сырого, гиблого подземелья наверх, к свету, на берег лесного ручья, где в тёплой прибрежной воде резвятся смешные головастики. Показать, что жизнь не кончилась, солнце не погасло, рано хоронить надежды. Но лес кишел врагами, беглецы даже огонь разводить боялись.
«У тебя по-прежнему есть я. Пока ты здесь посиживаешь, я кормлю и обстирываю цвет твоего рыцарства, бегаю в занятый врагами город и отчаянно колдую, хотя в такой тесноте магию почти невозможно спрятать. Так что будь достоин моей любви, ты, задница, приди в себя и верни свой Камелот, свой трон и свою кровать, которая и мне не чужая».
Мерлин поднялся на гудящие от недавнего бега ноги, с улыбкой протянул Артуру миску и высказал всё, что думает. Ну, может быть, в более вежливой форме...